Есть места, к которым дорога сама становится частью впечатления. От Батуми мы уезжаем в сторону Махинджаури, оставляем побережье внизу и начинаем подниматься выше, туда, где среди густой зелени прячется старый дом. С дороги его почти не ждёшь увидеть именно таким — большим, светлым, с колоннами, арками и остатками той архитектуры, которая совсем не похожа на обычную загородную постройку.
Это усадьба Марии Фесенко, или, как её ещё называют, дача Фесенко. Само имение появилось здесь в конце XIX века, а сохранившийся дом относят уже к началу XX столетия. Когда-то вокруг него был большой субтропический сад, где росли мандарины и лимоны, чай, бамбук и розы. Сейчас сад давно перестал быть садом в привычном смысле — растительность подступила почти к самому дому, местами закрывая его стены и окна.
Но самое интересное в истории этого места начинается там, где заканчиваются документы.
С усадьбой давно связывают Романовых и Николая II, а местные нередко называют её дворцом Романовых. Можно встретить рассказы о том, что Мария Фесенко была связана с царской семьёй, и даже истории о подземных ходах, которые якобы спускались отсюда к морю. Подтверждений у этих красивых версий немного, поэтому отделить реальную историю от того, чем дом успел обрасти за прошедшее столетие, сегодня уже непросто. И, пожалуй, именно здесь особенно хорошо понимаешь, как рождаются легенды: достаточно оставить большой старый дом без людей на несколько десятилетий, и недостающие страницы его биографии постепенно начинают дописывать сами.
Внутри усадьба совсем другая. Здесь уже не так важно, кому именно принадлежала каждая комната и что происходило за её дверями, потому что взгляд постоянно цепляется за то, что сохранилось: широкие лестницы, арочные проёмы, колонны, остатки лепнины и отделки. Где-то стены ещё сохраняют прежние линии, а где-то от интерьера осталась только форма комнаты, через которую теперь проходит свет.
В советские годы у дома началась совсем другая жизнь. Здесь размещались учреждения, в том числе детский дом, и за десятилетия здание неоднократно приспосабливали под новые задачи. Потом люди ушли, а дом остался — уже без привычной жизни внутри, постепенно уступая сырости, растениям и времени.
Наверное, сильнее всего здесь ощущается близость моря. Оно остаётся внизу, за деревьями, и время от времени появляется между ветвями и в оконных проёмах. И невольно думаешь о том, что больше ста лет назад из этих же окон смотрели в ту же сторону, хотя вокруг был ухоженный сад, комнаты выглядели совершенно иначе, а этот дом ещё не был историей.
Сейчас усадьба разрушается, и некоторые её части уже выглядят так, будто достаточно ещё нескольких лет, чтобы исчезло то, что пока можно рассмотреть своими глазами. Поэтому здесь особенно хочется фотографировать не только общий вид, но и мелочи — изгиб лестницы, фрагмент лепнины, старую колонну, рисунок стены, потому что именно из них постепенно складывается образ дома, которого однажды может не стать.
И, наверное, в этом для меня весь смысл таких поездок — не пытаться вернуть место в прошлое и не придумывать ему историю красивее настоящей, а просто успеть увидеть и сохранить его таким, каким оно осталось сегодня.
📍 Грузия, Махинджаури
БЛОГ · ГРУЗИЯ
